Один из таких споров связан с закупкой продуктов питания для Энгельсского дома-интерната для престарелых и инвалидов в Саратовской области (постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025 по делу №А57-8276/2024, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 12.05.2025; Верховный Суд РФ отказал в передаче кассационной жалобы определением от 16.07.2025 №306-ЭС25-6714). Учреждение в период с января по ноябрь 2023 года заключило с ИП «Г» 32 договора на поставку мяса говядины. Каждый договор был заключен с единственным поставщиком на сумму менее 600 тыс. руб., при этом общая сумма договоров составила 11 842 100 руб. Договоры были исполнены: поставщик передал товар, учреждение его приняло и оплатило.
Прокуратура указала, что договоры фактически были направлены на достижение единой хозяйственной цели – обеспечение питания проживающих в интернате граждан – и были искусственно разделены для обхода конкурентных процедур. Дополнительно было установлено, что поставщик является супругом дочери директора учреждения, то есть между руководителем заказчика и исполнителем имелась связь по свойству. При этом уведомление о личной заинтересованности было подано только после внесения прокурорского представления.
Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, указав, что наличие связи «тесть-зять» само по себе не является достаточным основанием для признания сделок ничтожными. Однако апелляционная инстанция отменила это решение. Суд указал, что договоры заключались с одним поставщиком, относились к одному виду продукции, следовали друг за другом или имели совпадающие сроки исполнения, а по отдельным договорам отгрузка происходила в день заключения. Эти обстоятельства, с учетом неурегулированного конфликта интересов, свидетельствовали об обходе конкурентных процедур и нарушении публичных интересов.
В результате договоры были признаны ничтожными, а с ИП «Г» взыскано 11 842 100 руб. Суд кассационной инстанции согласился с выводами апелляции, а Верховный Суд РФ отказал в передаче кассационной жалобы для рассмотрения.
Еще один пример связан с закупкой медицинского оборудования в Пермском крае (решение Арбитражного суда Пермского края от 10.12.2025 по делу №А50-17504/2025, оставленное без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2026). Государственное автономное учреждение «Краевой центр закупок» в 2021–2022 годах заключило с ООО «В» девять договоров на поставку медицинского оборудования и автомобиля. Договоры были исполнены в полном объеме, заказчик оплатил поставку на сумму 36 518 313,97 руб.
Основанием для иска прокуратуры стало то, что договоры были заключены при наличии неурегулированного конфликта интересов между руководителем заказчика и директором общества-поставщика. Этот конфликт был установлен в отдельном деле: апелляционным определением Пермского краевого суда от 28.11.2024 по делу №33-13120/2024, оставленным без изменения определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.02.202 по делу №8Г-24348/2024, были удовлетворены требования прокурора о признании факта наличия конфликта интересов у директора ГАУ ПК «КЦЗ» и изменении формулировки его увольнения на увольнение в связи с утратой доверия.
В рамках этого дела суды установили, что между руководителем заказчика и директором ООО «В» имелись близкие доверительные отношения, в том числе совместный отдых семьями. Кроме того, возможность получения обществом дохода от исполнения договоров могла влиять на объективность руководителя заказчика при выборе контрагента, исполнении договоров и ведении претензионной работы.
Арбитражный суд Пермского края признал спорные договоры ничтожными, указав, что закупки были проведены при наличии неурегулированного конфликта интересов, что нарушает публичный запрет и посягает на публичные интересы. Суд также отметил, что подтвержденный факт конфликта интересов является достаточным основанием для признания договоров ничтожными. При этом надлежащее исполнение договоров само по себе не исключает применения последствий их недействительности. С ООО «В» в пользу бюджета Пермского края взысканы 36 518 313,97 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 15 029 524,30 руб.
Стоит отметить, что подход, при котором наличие конфликта интересов может влиять на действительность контракта, ранее уже был сформулирован высшими судами применительно к закупкам по Федеральному закону №44-ФЗ. Так, в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о применении пункта 9 части 1 статьи 31 Федерального закона от 5 апреля 2013 года №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», Верховный Суд РФ указывал, что контракт, заключенный заказчиком и победителем закупки при наличии между ними конфликта интересов, является ничтожным как нарушающий публичные интересы и права третьих лиц.
При этом оба рассмотренных выше примера связаны с закупками в рамках Федерального закона №223-ФЗ. Это показывает, что и в таких делах суды применяют схожий подход: неурегулированный конфликт интересов может стать основанием для признания договора недействительным, взыскания полученных по нему средств, а в отдельных случаях – и процентов за пользование чужими денежными средствами.
