Соответствующие изменения являются частью законопроекта «О полезном, быстром и эффективном наказании» (Sanction Utile, Rapide et Effective – SURE), вызвавшего широкую общественную дискуссию и волну протестов со стороны юридического сообщества против предлагаемых реформ и сокращения финансирования судебной системы (так, забастовки юристов прошли в Париже под лозунгом «Смерть правосудия» («Justice Morte»), в Нанте, в Анжере).
Центральным и наиболее спорным положением проекта закона является введение процедуры оценки признанных преступлений (procédure de jugement des crimes reconnus) – механизма заключения сделок о признании вины, распространяющегося в том числе на тяжкие преступления. Предполагается, что данный механизм позволит обвиняемому признать вину и получить смягчение наказания (в отдельных случаях – вплоть до 2/3 от максимального) в упрощенном порядке: без полноценного состязательного разбирательства, без заслушивания свидетелей и экспертов, с возможностью дистанционного участия посредством видеоконференции и в рамках сокращенного судебного контроля.
Одновременно законопроект предусматривает отказ от ряда действующих механизмов индивидуализации наказания, включая ограничение применения условного осуждения, а также предполагает отказ от использования досудебных соглашений.
По мнению сторонников реформы в правительстве, существующий механизм CJIP позволяет крупным корпорациям «откупаться» от уголовного преследования, что подрывает принцип равенства всех перед законом. Отмечается, что при заключении CJIP компания, в отличие от обычного суда, не признает вину и избегает судимости, что позволяет ей и дальше принимать участие в государственных закупках. В этой связи в правительстве подчеркивают необходимость перехода к модели, основанной на вынесении судебных приговоров, а не на заключении соглашений.
Критика данного механизма присутствует и на уровне общественного восприятия, поскольку граждане не располагают такими же возможностями по заключению соглашений с правоохранительными органами, как транснациональные гиганты (во Франции, в отличие от, например, США досудебные соглашения могут заключать только юридические лица).
В то же время сторонники сохранения CJIP, включая представителей юридического сообщества и прокуратуры, предупреждают, что отказ от данного инструмента может существенно снизить эффективность преследования за экономические и коррупционные преступления: без возможности заключения CJIP разбирательства с участием компаний могут затягиваться на годы, а часть дел – прекращаться без вынесения итоговых санкций (до появления CJIP во Франции за 25 лет было всего два дела о международной коррупции, дошедших до суда).
Кроме того, отказ от CJIP приведет к росту правовых и репутационных рисков для бизнеса: невозможность урегулирования дела во внесудебном порядке означает необходимость прохождения полноценного публичного процесса и риск получения судимости, что может повлечь ограничения на участие в ряде видов деятельности. В более широком контексте это может негативно сказаться на инвестиционной привлекательности Франции.
Примечательно, что ранее Франция, напротив, расширяла сферу использования CJIP (например, распространила возможность их применения на экологические преступления). Предлагаемая реформа свидетельствует о возможной смене подхода к противодействию экономической преступности – от модели, ориентированной на стимулирование комплаенса и сотрудничества, к модели, основанной на формализованном признании вины и судебном разрешении дел. Отдельные источники связывают такую трансформацию с политическим контекстом и подготовкой к президентским выборам 2027 года, в рамках которой усиливается «антикорпоративная» риторика.
На данный момент законопроект был принят Национальным собранием (нижней палатой Парламента Франции) в первом чтении. Теперь его должен рассмотреть Сенат, где ожидается не менее острая дискуссия вокруг будущего механизма CJIP.
*Соглашение в общественных интересах – французский аналог соглашения об отсрочке судебного преследования (Deferred Prosecution Agreement – DPA), существующего во многих других странах. Соответствующий механизм был введен в стране в 2016 году и выступает в качестве альтернативы уголовному преследованию. CJIP заключается между компанией и прокуратурой до начала публичного разбирательства и может содержать следующие условия:
- выплата штрафа – рассчитывается пропорционально полученной неправомерной выгоде (максимальный размер – 30% от среднего оборота компании, рассчитанного за предыдущие три года) с учетом отягчающих и смягчающих факторов;
- внедрение или совершенствование комплаенс-программы в течение определенного периода под контролем Антикоррупционного агентства Франции (максимальный срок – 3 года);
- возмещение нанесенного ущерба.
Как и DPA, такое соглашение имеет плюсы для обеих сторон:
- юридическому лицу, как уже отмечалось, не требуется признавать вину; факты, изложенные в CJIP, не могут быть использованы для последующего возбуждения уголовного дела; отсутствует возможность наложения ряда дополнительных санкций, которые могут быть применены после вынесения приговора судом;
- прокурорам нет необходимости доводить дело до суда, что потребовало бы от них значительных временных и финансовых ресурсов, необходимых для получения как можно более веских доказательств и для отстаивания своей позиции в ходе длительного судебного разбирательства. Так, в период с 2016 по 2024 год прокуратура добилась наложения штрафов в рамках соглашений CJIP на сумму €4 млрд; в то же время общая сумма штрафов по всем процедурам за тот же период составила приблизительно €8 млрд: таким образом, суммы, взысканные в рамках соглашений CJIP, заключенных всего за несколько месяцев, составляют половину штрафов, наложенных прокуратурой в рамках дел, расследования которых зачастую занимали не один год.
